Решение

Судья Дорошенко Н.В. Дело № 33-1023

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«31» января 2011 года.

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе: председательствующего судьи: Худяковой И.Н.,

судей облсуда: Татуриной С.В., Михайлова Г.В.,

при секретаре: Недоруб А.Г.,

заслушав в судебном заседании по докладу судьи Худяковой И.Н. гражданское дело по кассационной жалобе Еременко С.А., Еременко О.А. на решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 30 ноября 2010 года,

УСТАНОВИЛА:

Степанова Т.Н., Морозова А.Н. обратились в суд с иском к Администрации г. Шахты, МРИ ФНС России № 12 России по Ростовской области, Еременко С.А., Еременко О.А. об установлении факта принятия наследства и признании права собственности.

В обоснование своих требований истцы указали, что по сведениям МУП г. Шахты «БТИ» домовладение № … по ул. …. в г. …. числится за их матерью – Е.В.Ф. на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию № 783 от 14 марта 1989 года.

17.11.1986 года умер их отец – Е.Н.З., 24.09.2002 года умерла их мать – Е.В.Ф. После смерти матери наследниками первой очереди по закону в равных долях являлись ее дети: истцы - Степанова Т.Н. и Морозова А.Н., а также их родной брат Е.А.Н.

В установленный законом срок истцы фактически приняли наследство, открывшееся после смерти Е.В.Ф. Их брат – Е.А.Н. на момент смерти матери был зарегистрирован и проживал с ней по одному адресу. Все они участвовали в похоронах матери, распорядились частью принадлежащего ей имущества. Однако с заявлением о принятии наследства в нотариальную контору не обращались, договорившись с братом впоследствии оформить свои права на наследственное домовладение в равных долях.

27.03.2010 года умер их брат – Е.А.Н. Наследниками первой очереди по закону после смерти Е.А.Н. являются его дети (ответчики по делу): Еременко С.А. и Еременко О.А.

Ссылаясь на то, что возник спор по поводу распределения причитающихся долей в спорном жилом доме, истицы просили суд установить факт принятия ими наследства, открывшегося после смерти Е.В.Ф., умершей 24.09.2002 года, а также признать за каждой из них право собственности на 1/3 долю жилого дома и строений вспомогательного использования, расположенных по адресу: …….

Ответчик Еременко С.А. в своих интересах и в интересах Еременко О.А. по доверенности иск не признал и предъявил встречные исковые требования к Степановой Т.Н., Морозовой А.Н., Администрации г. Шахты, третье лицо: нотариус г. Шахты Заричук С.Ю. о признании права собственности. В обоснование заявленных требований указал следующее.

Спорное домовладение по ул. ………, …, в г. …. зарегистрировано по праву собственности за их бабушкой Е.В.Ф., которая 24.09.2002г. умерла. Наследниками первой очереди после ее смерти являлись ее дети Степанова Т.Н., Морозова А.Н. и Е.А.Н., которые не обращались в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства после ее смерти. Наследственное дело после смерти Е.В.Ф. не заводилось. Наследственная масса после смерти Е.В.Ф. состоит из домовладения по ул. ….., … в г. …

Отец истцов по встречному иску – Е.А.Н. на момент открытия наследства проживал в спорном домовладении совместно с Е.В.Ф., а после ее смерти нес необходимые расходы по содержанию, ремонту и улучшению помещений, находившихся в пользовании Е.В.Ф.

Полагая, что только Е.А.Н. фактически принял наследство, открывшееся после смерти Е.В.Ф. и является единственным наследником спорного домовладения, указывая на то, что со стороны иных лиц претензий по факту принятия наследства, открывшегося после смерти Е.В.Ф. не поступало, каких-либо договоренностей у Степановой Т.Н., Морозовой А.Н. об оформлении впоследствии права на наследственное имущество в равных долях с их отцом Е.А.Н. не было, что Е.А.Н. не зарегистрировал право собственности на наследственную массу в виде спорного домовладения, а 27.03.2010 года умер, однако они (истцы по встречному иску) приняли наследство после смерти Е.А.Н., т.к. они своевременно обратились к нотариусу с соответствующим заявлением истцы Еременко просили суд о следующем.

Признать за каждым из них право собственности на 1/2 долю домовладения № 16 по ул. ……. в г. …., общей площадью 66,9 кв.м., жилой площадью 48,0 кв.м., состоящего из строений лит. «В» - жилой дом, лит «С» - сарай, лит У1 - уборная, расположенных на земельном участке размером 556,0 кв.м., после смерти отца Е.А.Н., умершего 27.03.2010 года, принявшего, но не оформившего наследственных прав после смерти своей матери Е.В.Ф., исключив Е.В.Ф. из числа собственников указанного домовладения.

Представитель Администрации г. Шахты - Бунько Т.Н. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в части признании права собственности на лит. «С» спорного домовладения, т.к. не имеется разрешительных документов, в остальной части просила принять решение на усмотрение суда.

Представитель МРИ ФНС № 12 по РО в судебное заседание не явился, о дне слушания дела был извещен надлежащим образом.

Ответчик Еременко О.А. в судебное заседание не явилась, о дне слушания извещена надлежащим образом.

Нотариус г. Шахты Заричук СЮ. в судебное заседание не явилась, о дне слушания извещена надлежащим образом, просит рассмотреть дело в ее отсутствие (л.д.107).

30.11.2010г. Шахтинский городской суд Ростовской области постановил решение, которым установил факт принятия Степановой Т.Н. и Морозовой А.Н. наследства, открывшегося после смерти их матери Е.В.Ф.

Признал за Степановой Т.Н. и Морозовой А.Н., каждой в отдельности, право собственности на 1/3 доли жилого дома лит. «В», жилой площадью 48 кв.м, общей площадью 66,9 кв.м. и строения вспомогательного использования лит. У1, расположенных по адресу: …….. В остальной части иска отказал.

Признал за Еременко С.А. и Еременко О.А., каждым в отдельности, право собственности на 1/6 доли жилого дома лит. «В» жилой площадью 48 кв.м., общей площадью 66,9 кв.м. и строения вспомогательного использования лит У1, расположенных на земельном участке размером 556,0 кв.м. по адресу ул. ….,. ., в г. … Ростовской области, после смерти отца Е.А.Н., принявшего, но не оформившего наследственных прав после смерти своей матери Е.В.Ф. В остальной части иска отказал.

Исключил Е.В.Ф. из числа собственников указанного домовладения.

В кассационной жалобе Еременко С.А. и Еременко О.А. просят отменить постановленное по делу решение, ссылаясь на то, судом допущено существенное нарушение норм процессуального и материального права.

В частности, кассаторы полагают, что суд в решении не дал никакой оценки тем обстоятельствам, что Е.А.Н. - единственный фактически принявший наследство, поскольку проживал вместе с умершей Е.В.Ф., распорядился вещами умершей, отдав на память сестрам и соседям ненужные ему вещи.

Считают, что суд должен был оценить критически показания свидетелей Ч.Л.А., К.Л.В., К.В.Г., М.А.Н., поскольку они дружны с ответчиками по встречному иску и поэтому могут быть заинтересованы в исходе дела.

Считают, что переданные Степановой и Морозовой вещи не являются доказательством принятия наследства, тем более, что распорядился ими Е.А.Н. самостоятельно, отдав сестрам на память то, что они просили.

Судом не исследовалось и не устанавливалось, представляли ли эти вещи какую-либо ценность, кто их приобретал, за какую стоимость, и принадлежали ли они вообще умершей наследодательнице.

Суд не дал оценки тому обстоятельству, что согласно ст. 1169 ГК РФ, наследник, проживавший на день открытия наследства совместно с наследодателем, имеет при разделе наследства преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли предметов обычной домашней обстановки и обихода.

Указывают на то, что Степанова и Морозова не собирались принимать наследство после смерти своей матери при жизни брата, были согласны с тем, что он является единственным наследником, что подтверждается материалами дела, а именно тем, что в течение восьми лет пока был жив их брат Е.А.Н. наследственное дело не заводилось, никто не заявлял своих наследственных прав. Судом не дана оценка тому факту, что земельные налоги оплачивал только Е.А.Н.

Также суд не дал оценки встречному иску и не указал, отказано ли во встречном иске, или он удовлетворен.

Проверив материалы дела, выслушав представителя Еременко С.А., обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного по делу судебного акта.

Принимая решение по делу, суд первой инстанции руководствовался требованиями ст.ст. 218, 1142, 1152, 1153, 1154 ГК РФ, ст. 264 ГПК РФ и исходил из того, что спорное домовладение по адресу: ……, числится за Е.В.Ф. на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 14 марта 1989 года.

Отец истцов по первоначальному иску – Е.Н.З. умер 17.11.1986г., а мать – Е.В.Ф. умерла 24.09.2002 года. Наследниками после смерти Е.В.Ф. являлись ее дети - Степанова Т.Н., Морозова А.Н., Е.А.Н.

Наследственное дело после смерти Е.В.Ф. не заводилось, с заявлениями о принятии наследства никто из них к нотариусу не обращался. Е.А.Н. умер 27.03.2010г. Заявление о принятии наследства после его смерти по закону подали его дети - Еременко С.А. и Еременко О.А.

На основании показаний допрошенных по делу свидетелей суд установил, что в течение нескольких дней после смерти Е.В.Ф. Степанова Т.Н. распорядилась принадлежащей умершей одеждой, а себе взяла одеяло и подушки, Морозова А.Н. забрала себе постельные принадлежности.

Кроме того, суд установил, что сын истицы Морозовой А.Н. – М.А.В. после смерти наследодателя Е.В.Ф. как представитель наследника Морозовой А.Н. по просьбе последней остался проживать в спорном домовладении вместе с Е.А.Н.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что истцы Морозова А.Н. и Степанова Т.Н. в течение шести месяцев после смерти своей матери Е.В.Ф. фактически приняли наследство, поэтому за ними должно быть признано право собственности на 1/3 доли спорного домовладения, а за истцами Еременко С.А. и Еременко О.А. - на 1/6 доли указанного домовладения за каждым.

При этом суд отметил, что право собственности на строение вспомогательного использования лит. «С» не может быть признано за указанными истцами, поскольку согласно данным БТИ на указанное строение не имеется разрешительных документов.

С такими выводами суда судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда соглашается, поскольку они соответствуют материалам дела, не противоречат требованиям действующего законодательства, правильны по существу и обоснованны.

Доводы о том, что суд должен был оценить критически показания свидетелей Ч.Л.А., К.Л.В., К.В.Г., М.А.Н., поскольку они дружны с ответчиками по встречному иску и поэтому могут быть заинтересованы в исходе дела, подлежат отклонению по следующим основаниям.

В силу ст. 67 ГПК РФ, право оценки доказательств, в том числе свидетельских показаний, принадлежит только суду. Указанные кассаторами свидетели предупреждались об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Их допрос произведен в соответствии с требованиями закона, поэтому сомневаться в обоснованности оценки, данной судом показаниям указанных свидетелей, у судебной коллегии оснований не имеется. Тем более, те обстоятельства, которые были подтверждены данными свидетелями, а именно, что Степанова и Морозова приняли вещи умершей Е.В.Ф., не отрицаются самими кассаторами.

Доводы о том, что переданные Степановой и Морозовой вещи не являются доказательством принятия наследства, поскольку Е.А.Н. распорядился ими самостоятельно, отдав сестрам на память то, что они просили, являются несостоятельными в виду следующего.

Согласно ч. 2 ст. 1153 ГК РФ, признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник вступил во владение или в управление наследственным имуществом.

В силу ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Из анализа указанных норм права следует, что для того, чтобы наследник считался фактически принявшим наследство, ему необходимо вступить во владение или управление любым принадлежащим наследодателю на момент смерти имуществом.

Судом установлено и никем из сторон не оспаривалось, что после смерти Е.В.Ф. Степановой Т.Н. во владение поступили одеяло и подушки, находившиеся в пользовании наследодателя, а Морозовой А.Н. – иные постельные принадлежности, что свидетельствует о том, что указанные лица фактически приняли наследство.

Следует учитывать, что законодатель не связывает возможность установление факта принятия наследства от того, какое именно имущество, принадлежащее наследодателю, принято наследниками, какова его стоимость и кем оно было приобретено. Существенное значение для дела имеет только факт принадлежности указанного имущества наследодателю на момент его смерти.

Доводы кассаторов о том, что в силу ст. 1169 ГК РФ, у Е.А.Н. при разделе наследства существовало преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли предметов обычной домашней обстановки и обихода, не имеют для дела никакого значения, поскольку в данном случае предметом спора является только недвижимое имущество. Своих прав на движимые вещи Степанова Т.Н. и Морозова А.Н. не предъявляли.

С учетом изложенного, доводы о том, что Е.А.Н. является единственным фактически принявшим наследство, поскольку проживал вместе с умершей Е.В.Ф. и распорядился ее вещами, не могут быть приняты во внимание.

Доводы кассаторов о том, что Степанова и Морозова не собирались принимать наследство после смерти Е.В.Ф., являются несостоятельными, поскольку допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждаются. От своих прав на наследственное имущество ни Степанова, ни Морозова в установленном законом порядке не отказывались.

То обстоятельство, что Е.А.Н. самостоятельно оплачивал налоги за спорное домовладение, не исключает возможности принятия Степановой и Морозовой наследства после смерти Е.В.Ф.

Доводы о том, что суд не указал, отказано ли во встречном иске, или он удовлетворен, не являются основанием для отмены постановленного по делу решения, поскольку решение является правильным по существу и обоснованным.

В силу п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 N 12, "О применении судами норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции", необходимо иметь в виду, что в силу части 2 статьи 362 ГПК РФ правильное по существу решение суда не может быть отменено по одним лишь формальным соображениям, а нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием к отмене решения только при условии, что это нарушение или неправильное применение привело или могло привести к неправильному разрешению дела (часть 1 статьи 364 ГПК РФ).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы, ее доводы доказательно не опровергают выводы суда и не содержат иных правовых оснований, которые могли бы повлечь отмену обжалуемого решения.

Суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения данного дела, исследовав все представленные доказательства в их совокупности, дал им оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ. В решении приведены нормы закона, анализ содержания правовых норм и указаны обстоятельства, которыми руководствовался суд и из которых исходил при рассмотрении дела. Решение вынесено в соответствии с законом, и не противоречит материалам дела.

Руководствуясь ст.ст. 360-366 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 30 ноября 2010 года оставить без изменения, кассационную жалобу Еременко С.А., Еременко О.А. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи